НовостиПишите намПоискАрхив

ПРОЕЗД «ВЫСОЧАЙШЕГО МОТОРА»
Кое-что об автомобильных путешествиях царской семьи
В обеспечении безопасности руководителей государства, помимо лиц, отвечающих непосредственно за их физическую охрану, всегда были задействованы и представители ряда других профессий. С начала XX века, например, в число таковых попали шоферы, обслуживавшие царскую семью. Интересно, что для беспрепятственного проезда «высочайшего экипажа», которым они управляли, был разработан и целый ряд специальных мер. Так, перед его появлением перекрывали дорогу не только для транспорта, но и для пешеходов, а основную машину царя постоянно сопровождала резервная – на случай поломки.


Повседневная жизнь Императорского гаража, основанного в 1907 году, порождала множество проблем, которые приходилось оперативно решать. Прежде всего, это были кадровые вопросы, связанные с поиском квалифицированных водителей и грамотных техников по обслуживанию автомобилей.

В то время разветвленной сети автомобильного сервиса, естественно, не было, поэтому от водителей требовалось не только умение прекрасно водить автомобиль, быть в состоянии определить характер и место неисправности, но и ликвидировать ее. Эти задачи решала Императорская школа шоферов. Удостоверение, выдаваемое здесь, гласило, что ее выпускник «вполне опытен и способен к управлению автомобилем всякой системы и сил, с бензиновым двигателем…». Удостоверение подписывал генерал-майор князь В.Н. Орлов, как «Инспектор Собственного Его Величества гаража». К 1917 году в Петрограде действовало шесть автомобильных школ и курсов.

В 1910 году штат Императорского гаража составлял 50 человек. Немаловажной стороной повседневной жизни гаража была материальная составляющая. Профессия шофера считалась элитной, и шоферов в России в то время было немного. Квалифицированный шофер получал от 100 до 150 руб. в месяц. А опытный водитель из Царскосельского гаража мог легко устроиться к любому титулованному хозяину на большое жалованье. Князь В.Н. Орлов последовательно боролся за увеличение должностных окладов шоферам, вызывая тем самым понятное раздражение у коллег из других подразделений Министерства Императорского Двора, которые получали значительно меньшие оклады. Так, в мае 1914 года князь В.М. Орлов писал Николаю II: «Жалованье рабочих гаража теперь следующее: водители Императорских автомобилей получают 90-100 рублей, другие рабочие 50-80 рублей в месяц. Но Ваше Величество должен знать тот факт, что даже в частных домах платят гораздо больше, чем это жалованье».

В числе других организационных вопросов в жизни Императорского гаража было создание формы для его водителей и механиков. Это была весьма важная проблема, поскольку форма в императорской России традиционно играла очень важную роль. А ввиду того, что в недрах Министерства Императорского Двора народилась новая структура с определенным штатом, ее требовалось обязательно «одеть».

Осенью 1906 года князь В.М.Орлов представил свой вариант образца униформы для водителей на рассмотрение императрице Александре Федоровне. В свою очередь, императрица сочла возможным лично вмешаться в процесс «строительства» формы для шоферов и служащих Императорского гаража. Прежде всего, она выразила желание, чтобы эта униформа была скромной, не привлекающей лишнего внимания. Императрица Александра Федоровна, которая хорошо рисовала, предложила свои эскизы униформы. Основу «варианта императрицы» составляла обычная лакейская ливрея, с позолотой, высоким воротником, серебряными и золотыми шнурами. Такая униформа придавала водителям вид обычной дворцовой прислуги. Видимо, у императрицы были свои представления о «скромности» шоферской униформы.

Водители и механики сочли себя оскорбленными, поскольку считали себя рабочей аристократией и не желали уподобляться прислуге. Водители хотели иметь форму в военном стиле, которая, как они считали, больше подходила для их профессии. В результате руководители технической и хозяйственной частей Гаража, а также водители (6 чел.), механики (7 чел.), мойщики (9 чел.) не одобрили предлагаемой им униформы. Но эта «фронда» не была принята во внимание, и в 1906 году на «постройку» обмундирования для персонала Гаража были затрачены весьма крупные средства – 30 707 руб. 99 коп. Через несколько лет практика показала нежизнеспособность такой формы, и в 1910 году был утвержден новый вариант униформы для работников Гаража. Как и желали водители, за основу новой униформы была взята форма военного чиновника.

Надо отметить, что все служащие Гаража – от заведующего технической частью до мыльщиков и маляров – проходили проверку на предмет политической и нравственной благонадежности. Персонал Гаража проходил проверку по стандартной схеме. До 1906 года проверка политической благонадежности дворцовой прислуги осуществлялась только по картотеке Департамента полиции. После начала первой русской революции проверка была ужесточена. С 1906 года запросы уже посылались по четырем адресам: Департамент полиции, Санкт-Петербургское Губернское управление в Царскосельском и Петербургском уездах (или по другому месту жительства проверяемого), Отделение по охранению общественной безопасности порядка в Санкт-Петербурге и Петербургская сыскная полиция.

Службы, занимавшиеся обеспечением безопасности императора, требовали от водителей при перевозке членов императорской фамилии максимального внимания. Поскольку царь предпочитал открытые лимузины, то водители должны были быть готовы к решительным действиям для спасения пассажиров при возможном покушении на Николая II. Сама возможность такого покушения после событий первой русской революции 1905-1907 гг. была более чем реальна. Прецеденты к этому времени имелись. Однажды учитель французкого языка П. Жильяр и цесаревич Алексей попали в Петербурге в сложную ситуацию. Поскольку они ехали в открытом автомобиле, прохожие, узнав цесаревича, мгновенно окружили автомобиль толпой, из которой они с трудом выбрались.

Кстати, в появившихся в сентябре 1896 года в «Собрании узаконений и распоряжений правительства» «Правилах перевозки пассажиров и тяжестей по шоссе ведомства путей сообщения в самодвижущихся экипажах» были учтены и вопросы обеспечения безопасности императорской фамилии. Так, в этих «Правилах» определялся порядок действий полиции и охраны при обеспечении высочайших проездов. В таких случаях на перекрестках улиц должны были выставляться офицеры и околоточные надзиратели, а постовая служба усиливалась дополнительными городовыми. При приближении к перекрестку высочайшего экипажа («мотора») заблаговременно останавливали всякое движение; переход и переезд через улицы ни в коем случае не допускался. «Остановка движения, - писалось в инструкции чинам охраны, - производится поднятием городовым трости по сигналу старших чинов в тот момент, когда высочайший экипаж («мотор») будет виден». Однако оговаривалось, что «слишком ранняя остановка движения не должна допускаться во избежание скопления экипажей и публики».

С появлением в Императорском гараже значительного количества автомобилей для введения террористов в заблуждение начинается использование различных конспиративных приемов. В документе, подписанном 10 марта 1910 года товарищем министра внутренних дел генералом Курловым, отмечается: «…номера на автомобилях менять возможно чаще, шоферы обязаны разнообразить одежду и головные уборы». С целью введения террористов в заблуждение охране П.А. Столыпина, например, предписывалось, чтобы «автомобиль подавался не так, как это принято теперь, за 5 минут до отъезда, а разновременно. Необходимо иногда ставить автомобиль у подъезда без надобности в поездке и выезжать в город пустому автомобилю». Тогда же было выработано жесткое правило – за основной машиной императора, на случай поломки или внештатной ситуации, шел запасной автомобиль.

По инициативе Дворцового коменданта, ведавшего всей императорской охраной, в ноябре 1911 года был впервые поднят очень важный вопрос, связанный с номерными знаками императорских автомобилей. В результате были разработаны номерные знаки, которые укреплялись «на задней оси» автомобиля. Они представляли собой «дощечки» синего цвета с белой императорской короной. Рядом с короной была расположена одна белая буква для «моторов пассажирских» и две белые буквы для «моторов грузовых». Буквы были выставлены в алфавитном порядке. При этом подчеркивалось, что только «Собственные Его Величества автомобили никаких знаков иметь не будут».

Кроме этого, руководство Гаража обязали обеспечить всех шоферов двумя «удостоверениями с казенной печатью»: одно «на право управления моторами вообще», второе на право управления мотором «только известной системы».

После Февральской революции 1917 года и падения монархии весь автомобильный парк Императорского гаража был реквизирован. Сменилось руководство Гаража. В начале 1917 года Адольф Кегресс сдал свое ведомство Купчинскому – уполномоченному Временного правительства и Государственной Думы по бывшему Министерству Императорского Двора и Уделов, по совместительству исполняющему обязанности начальника Автобазы. Большую часть вакансий в бывшем Императорском гараже занимали бывшие придворные чиновники, и жизнь Гаража потекла своим чередом – выезды, поломки, ремонты. Впрочем, поломки случались не слишком часто. Персонал был квалифицированный, а материальная часть поддерживалась в хорошем состоянии. Тем более, что Автобазе Временного правительства достались по наследству автомобили лучших европейских марок.

Автор - Выпуск подготовили В. Богомолова и А. Марков.

 

Вернуться назад Версия для печати
 
 
 
В случае опубликования материалов ссылка на "Kremlin-9.Rosvesty.ru" обязательна.
Федеральный еженедельник «Российские Вести»
Все права защищены 2006 ©