НовостиПишите намПоискАрхив

Прерванный полет
Жизнь «за зубцами» в годы репрессий
Сегодня мы продолжаем публикацию материалов, посвященных периоду 1930-х гг. в истории Кремля. Как и для всей страны, это время оказалось непростым и для цитадели власти. В результате «кремлевского дела» пострадало более ста человек только в Комендатуре Московского Кремля.

Серьезная ротация прошла и среди его высокопоставленных жителей. Об этих и других событиях, происходивших в сердце столицы, читайте ниже.

По «кремлевскому делу» был вторично осужден и приговорен к 10 годам тюремного заключения Л.Б. Каменев. За то, что А.С. Енукидзе якобы «способствовал проникновению в Кремль враждебных Советской власти террористических элементов», которые ставили своей целью «организацию террористических актов в отношении руководителей Советской власти и партии, в первую очередь в отношении товарища Сталина», его сняли с поста секретаря Президиума ЦИК СССР. Р.А. Петерсона, коменданта Московского Кремля на протяжении 15 лет, отстранили от должности.

Примечательно, что параллельно со снятием с должности коменданта Кремля 9 апреля 1935 г. Политбюро ЦК ВКП(б) рассмотрело вопрос о распределении квартир в Кремле. Ответственными за вселение и выселение были назначены И.А. Акулов, сменивший Енукидзе на посту секретаря ЦИК СССР, и А.И. Успенский, который занимал дополнительно введенную в штат в феврале 1935 г. должность заместителя коменданта Кремля по внутренней охране.

К январю 1936 г. помимо охраняемых и указанных выше категорий лиц в Кремле проживали 92 семьи (301 человек), как писал А.И. Успенский наркому НКВД Г.Г. Ягоде, «только потому, что не имеют жилой площади в городе». Точку в «кремлевском деле» поставили в 1937 г., когда были репрессированы А.С. Енукидзе и Р.А. Петерсон. Трагически закончилась жизнь еще двух комендантов Кремля: П.П. Ткалуна, расстрелянного в июле 1938 г., и его преемника, старшего майора госбезопасности Ф.В. Рогова, который 6 ноября 1938 г. застрелился в рабочем кабинете в Кремле.

Закономерным следствием «кремлевского дела» и последовавших за ним громких процессов 1936–1939 гг. над «врагами народа» стала коренная ротация высокопоставленных кремлевских жильцов. Среди тех, кто выселялся из Кремля, были и представители высшей номенклатуры. Прежде всего — бывшие лидеры так называемой оппозиции и различных «уклонов», подвергшиеся репрессиям: Л.Б. Каменев (с ноября 1918 г. проживал с женой и сыном в комнатах № 13, 14 в Белом коридоре БКД), Н.И. Бухарин (с отцом Иваном Гавриловичем Бухариным был выписан в апреле 1937 г. в связи с арестом), А.И. Рыков (вместе с женой и дочерью жил в Кремле с января 1919 г. сначала на детской половине БКД, позже, до сентября 1936 г., в Верхних и Нижних апартаментах БКД). Всего в период 1936—1939 гг. из Кремля выписали 463 чел. В новую книгу прописки перенесли сведения о 31 жильце.

В то же время наблюдается и обратный процесс. В середине 1930-х гг. получил квартиру в Кавалерском корпусе секретарь ЦК ВКП(б) А.А. Андреев, в Синодальном корпусе — нарком внутренних дел Н.И. Ежов, после назначения первым секретарем Ленинградского обкома и горкома ВКП(б), временно, когда приезжал в Москву, останавливался в специально выделенной для него квартире в Кавалерском корпусе А.А. Жданов.

В 1930-х гг. неоднократно менять свое местожительство на территории Кремля пришлось И.В. Сталину. После трагической гибели жены, Н.С. Аллилуевой, он тотчас покинул квартиру в Потешном корпусе, где они проживали с 1921 г. Это была не первая их квартира в Кремле. Сталин прописался в Кремле уже через несколько дней после переезда Советского правительства в Москву 16/29 марта 1918 г. и получил помещение на 2-м этаже Кавалерского корпуса. Вместе с ним в Кремль переехали Н.С. Аллилуева и ее семья. В первой квартире Сталин и Аллилуева прожили недолго, вскоре уехав в Самару. Следующим местом их жительства стал Фрейлинский коридор Большого Кремлевского дворца. В январе 1921 г. благодаря вмешательству В.И. Ленина супруги смогли переехать в более удобные помещения в Потешном корпусе (квартира № 1), в которой ранее проживала И.Ф. Арманд. Именно там в ночь на 9 ноября 1932 г. Надежда Аллилуева покончила с собой. Тяжело переживавший смерть жены Сталин переехал в Потешный дворец, в квартиру на третьем этаже, а спустя несколько лет для него была оборудована квартира в здании Правительства (корпус № 1), на первом этаже. Со временем Сталин все большее предпочтение отдает новой даче в Волынском (Ближняя дача), построенной после смерти Н.С. Аллилуевой. Сюда он окончательно переезжает в декабре 1933 г.

В 1938—1939 гг. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение о переселении из Кремля командного и начальствующего состава УКМК и всех вольнонаемных рабочих и служащих. На территории Кремля разрешалось остаться только «командирам, военкомам и начальникам штабов полка специального назначения и отдельного командирского батальона, начальнику военной пожарной команды, командиру химического взвода, начальнику отдела службы управления коменданта, начальнику особого отделения НКВД и начальнику телефонной станции Кремля». Для выселяемых выделялись дома Московского Совета по 1-й Мещанской улице, № 101—107, на 87 квартир (291 комната); по 1-й Мещанской улице, № 87—95, на 86 квартир (189 комнат); по Ново-Спасской улице, № 14, на 128 квартир (465 комнат). Кроме этого, на оборудование квартир мебелью коменданту Кремля выделялось из резервного фонда СНК СССР 500 тыс. руб.

При этом сохранялась практика проживания комендантов Кремля, руководителей личной охраны и некоторых представителей обслуживающего персонала на его территории. В частности, после назначения на должность получил в Кремле прописку П.П. Ткалун, который жил здесь вплоть до отставки. Н.К. Спиридонов, став комендантом, в 1939 г. также переехал в Кремль на жительство.

В конце 1920-х гг. в Купавне УКМК организовало специальный лагерь отдыха для детей сотрудников управления и других кремлевских жителей. Наличие ведомственных детских лагерей только входило в практику, и пионерлагерь Управления коменданта Кремля стал одним из самых первых в стране.

Повседневную жизнь в Кремле 1930-х гг. отражает следующий инцидент, невольным участником которого оказался В.М. Молотов, проживавший с 1924 г. в Кремле на 3-м этаже Кавалерского корпуса. Ранним утром 29 октября 1939 г., когда Председатель Совнаркома поднимался в свою квартиру на лифте, тот неожиданно остановился и простоял между 1-м и 2-м этажами 40 минут. Разбирательство по этому факту велось под прямым контролем наркома внутренних дел СССР Л.П. Берии, который доложил о его результатах лично И.В. Сталину. Причиной остановки стали ремонтные работы, предварительно согласованные с супругой Молотова П.С. Жемчужиной, которая назначила их на 5 часов утра. Переключение электропитания лифта со старого кабеля на новый осуществлял начальник эксплуатационно-технического отдела УКМК инженер Матюхин, начавший «производить работы в 4 ч 25 мин». За нарушение данного ему указания о времени начала работ, что повлекло неприятную ситуацию для В.М. Молотова, Л.П. Берия дал указание об аресте Г.С. Матюхина.

Даже в отношении лиц самого высокого ранга иногда принимались достаточно жесткие решения. В частности, в июне 1933 г. А.И. Микоян нарушил запрет на полеты без разрешения ЦК. Решением Политбюро ему был объявлен строгий выговор. Далее последовало принятие специального постановления (от 15 сентября 1933 г.), которым ответственным работникам запрещались «под страхом исключения из партии полеты на аэроплане без специального решения ЦК в каждом отдельном случае». Выговор с Микояна сняли только в 1936 г.

Несмотря на высокую эффективность выполнения УКМК своих основных задач охраны Кремля, высших органов власти и обеспечения безопасности руководства страной, избежать чрезвычайного происшествия не удалось.

19 ноября 1936 г. легковая машина, игнорируя запрещающие проезд команды со стороны военнослужащих отряда особого назначения и полка специального назначения, с улицы Куйбышева (ныне ул. Ильинка) на большой скорости прорвалась через Спасские ворота в Кремль и доехала до третьего подъезда корпуса № 1 (здание Рабоче-крестьянского правительства). В этой точке автомобиль остановили часовые полка. Нарушителей оказалось двое: Д.А. Агеев, сидевший за рулем, и Н.М. Гришков, которого впоследствии признали психически больным. В результате служебного расследования командиров охраны Т.С. Бардакова, И.Д. Рагулина, командира отделения отряда особого назначения Н.С. Чернявского, часового поста — командира отделения А.Л. Яшукова признали виновными и осудили за преступное отношение к своим обязанностям.

Во избежание подобных инцидентов Управление комендата Кремля немедленно ввело дополнительные меры усиления режима: у въездных (выездных) ворот Кремля выставили несколько дополнительных постов, состоявших из двух командиров охраны, двух красноармейцев полка и двух милиционеров (несущих службу со стороны улицы). В задачу этой группы входила проверка всех въезжающих в Кремль (выезжающих) автомобилей, за исключением автомашин охраняемых лиц.

Одним из важных направлений деятельности УКМК являлось обеспечение мероприятий в Кремле с участием первых лиц государства. Самыми массовыми и наиболее сложными по организации были парады — каждый год 7 ноября и 1 мая они проводились на Красной площади с участием новейших образцов боевой техники. С 1933 г. ежегодно стал проводиться Всесоюзный физкультурный парад. 9 февраля 1934 года на Красной площади состоялся трехчасовой парад, посвященный ХVII съезду ВКП (б), который стал самым продолжительным военным парадом в советской истории. В этом уникальном параде приняли участие более 42 тыс. военнослужащих, 525 танков, 138 орудий, 57 бронемашин, 96 прожекторных станций, 20 зенитных установок, 95 тракторов. Присутствовавшие на параде члены дипломатического корпуса и иностранные корреспонденты не могли не признать усиление военного потенциала СССР. Так, корреспондент лондонской «Таймс» Чалертон не без сарказма писал: «Сегодня в снежную бурю, в годовщину нападения японцев на Порт-Артур, прошел парад в честь XVII партийного конгресса. Проезжал легким галопом на коричневом коне перед войсками Московского гарнизона, в своем обычном «наполеоновском» стиле, Наркомвоенмор Ворошилов. После чего он присоединился к Сталину на верхней трибуне Мавзолея и, приветствуя армию, говорил о войне, не упоминая при этом о Японии. Салют 101 пулемета в честь «Интернационала», и затем под звуки военного оркестра из 1000 музыкантов начался грандиозный парад. Он прошел без заминки».

Систематически УКМК занималось организацией и проведением приемов в Кремле, на которых присутствовали руководители партии и правительства. Только за период с октября 1932-го по май 1941 г. в Кремле прошло более 70 различных официальных и неофициальных приемов, встреч, деловых и праздничных завтраков, обедов, ужинов с присутствием И.В. Сталина.

Автор – По материалам издания «Московский Кремль — цитадель России»

 

Вернуться назад Версия для печати
 
 
 
В случае опубликования материалов ссылка на "Kremlin-9.Rosvesty.ru" обязательна.
Федеральный еженедельник «Российские Вести»
Все права защищены 2006 ©