НовостиПишите намПоискАрхив

«Ананас» для императрицы
Как создавали интерьеры новой резиденции в Кремле
Большой Кремлевский дворец, 160-летие которого отмечают в этом году, славится не только богатой историей и уникальной архитектурой. Отдельного описания достойно и декоративное убранство императорской резиденции. Ведь к изготовлению мебели и тканей, каминов и светильников, а также разнообразных предметов для украшения интерьеров в то время привлекались лучшие мастера России, а их творения стали настоящими произведениями искусства.

Строительство и оформление нового императорского дворца продолжалось в общей сложности 12 лет, и в 1849 году он был торжественно освещен. Императорский заказ на изготовление тканей выполнялся в Москве на фабрике купца 2-й гильдии Григория Григорьевича Сапожникова. В 1837 году Сапожников организовал Московскую парчово-шелковую фабрику. Основной продукцией, принесшей фабрике мировую славу, были тяжелые парчовые ткани, использовавшиеся при обивке мебели и стен. В 40-е годы Сапожников получает заказ на изготовление тканей для парадных и жилых апартаментов Большого Кремлевского дворца. Первоначально все ткани для обивки стен, мебели и драпировок заказывались с золотой и серебряной нитью. В парчовых тканях содержалось 60% шелка и 40% драгоценных металлов. Такой роскоши не было ни в одном петербургском дворце. Для обивки стен в тронном Андреевском зале был сделан темно-голубой муар с серебром, для занавесей в Александровском зале красный муар с золотом, для тронного Екатерининского зала серебряный муар, для Парадной гостиной зеленый с золотом глазет, для Парадной опочивальни белая с золотым узором парча. К сожалению, шелковая ткань с металлической нитью быстро ветшала и темнела, и в 60–70-е годы та же фабрика получила заказ на изготовление аналогичных тканей, но уже без металлических нитей.

Почти все мебельные гарнитуры для орденских залов, парадных и жилых апартаментов были выполнены в мастерских московских мебельщиков — Э. Блехшмидта, Ф. Дункера и А. Шмидта. Так, в 1846—1847 годах на фабрике Блехшмидта были изготовлены 16 мебельных гарнитуров из ореха, дуба, красного дерева: 5 для Парадных и жилых покоев Собственной половины и 11 гарнитуров для проходных комнат и комнат придворных служащих. Кроме того, им были выполнены двери из ценных сортов дерева в парадных апартаментах и жилых покоях Собственной половины.

Эрнест Блехшмидт был одним из немногих русских мебельщиков, использующих технику «буль» — прием декорировки мебели, построенный на сочетании пластинок из панциря черепахи и меди. Он получил большое распространение во Франции во второй половине ХVII–ХVIII веках. Создавая декор, мастера пропиливали узор в черепаховой и металлической пластинах и, вставляя один материал в другой, получали нужный орнамент, который накладывали на деревянную основу. Кроме панциря черепахи и металла использовали ценные сорта дерева и перламутр. Такой способ декорировки получил свое название по имени знаменитого французского мебельщика второй половины XVII века Шарля Андре Буля. Для всех работ Блехшмидта характерен высокий уровень исполнения и отличный вкус. Он виртуозно владел сложнейшей техникой инкрустации, соединяя и выявляя лучшие качества каждого материала — разнообразных по цвету и структуре сортов дерева, красной и зеленой меди, белого и цветного перламутра, красного панциря черепахи.

Светильники для Большого Кремлевского дворца также создавали разные мастера. Люстра во Владимирском зале была сделана в мастерской Феликса Шопена. Созданная им в 1843 году фабрика принимала участие во всех значительных российских и международных выставках, и на протяжении почти сорока лет оставалась крупнейшим поставщиком бронзовых изделий для императорского и великокняжеских дворов. Первоначально люстра весом около 200 пудов (3 тонны) предназначалась для Аванзала, но оказалась слишком большой для этого помещения, поэтому в 1847 году ее переместили во Владимирский зал. Прежде чем смонтировать ее на новом месте, пришлось провести испытания: к потолку на некоторое время подвесили мешки с песком в вес люстры.

Шесть люстр для Георгиевского зала были сделаны на фабрике Карла Тегельштейна в 1845 году, о чем свидетельствуют клейма мастера. На подсвечники люстр были установлены специальные жестяные трубки с английскими пружинками, в которые вставлялись свечи. Благодаря этому приспособлению, по мере сгорания свеча приподнималась, и огонь всегда оставался на одном уровне.

Самый большой заказ на изготовление светильников для Кремлевского дворца получил Максимилиан Лейхтенбергский, супруг дочери императора Николая I, великой княжны Марии Николаевны. Гальванопластическое и литейное заведение герцога выполнило в общей сложности 28 люстр и 18 бра для Аванзала, Александровского, Андреевского, Екатерининского, Кавалергардского залов, обходных галерей и парадной Гостиной и Опочивальни.

Огромные размеры подвесных и напольных осветительных приборов создавали проблемы, связанные с их обслуживанием — ремонтом и чисткой, зажиганием, тушением и сменой свечей. Для обслуживания использовались складные подвижные лестницы «на барабанах». Передвигалась такая лестница на медных колесах, обтянутых кожей, чтобы не повредить паркеты. С 1660-х годов для зажигания свечей начали использовать специальный тонкий шнур, типа бикфордова. Им оплетали светильники всех свечей в люстре, а конец опускался вниз. Подносился горящий факел, и в течение нескольких мгновений зажигались все свечи.

Петербургскими бронзовщиками для Кремлевского дворца были сделаны не только люстры, но и большое количество предметов декоративно-прикладного искусства. Так, на фабрике Тегельштейна для Георгиевского зала был изготовлен корпус бронзовых часов «Георгий Победоносец» и «Минин и Пожарский». Там же произведен великолепный в стиле рококо корпус часов «Триумф Галатеи».

В оформлении интерьеров Большого Кремлевского дворца большое внимание уделялось произведениям из фарфора. Разнообразные вазы, светильники изготавливались на Императорском фарфоровом заводе и покупались у частных коллекционеров. Шедевром коллекции является люстра «Ананас», которая располагается в Гостиной императрицы. Сохранился «Проект люстры в стиле Людовика ХУ, назначенный государем императором в Кремлевский дворец». Образ такой люстры родился в галантную эпоху рококо и наиболее соответствовал отделке интерьеров гостиных «а-ля Помпадур» с обилием позолоты и светлой обивкой мебели и стен. В эту эпоху ананас являлся символом гостеприимства, и в дамских гостиных стали появляться светильники с таким украшением. На лучших европейских мануфактурах в Севре и Мейсене в ХVIII веке изготавливались редчайшие экземпляры таких люстр. По мотивам мейсенских люстр в ХIХ веке подобные люстры стали производить в Петербурге. Стоян, профитки (блюдце под свечкой для стекающего воска), разнообразные цветы выполнены из фарфора. Завершающие ее плоды ананаса дали и название — «люстра с ананасом». Подобные люстры никогда не повторяли друг друга, из одной формы делался только один экземпляр, и каждый из них был уникальным.

В 1837 году, приступая к строительству императорского дворца в Кремле, архитектор Тон позаботился о создании дворца не только «соответственного первопрестольной столице», но и «надежного». Петербург еще помнил пожар 1837 года, когда за два дня полностью выгорел Зимний дворец. Поэтому в московском дворце стали использовать новые технические возможности и, во избежание пожаров, отдали предпочтение калориферному, а не печному отоплению. Пневматические печи были разработаны по системе генерал-майора Амосова. Топки располагались в каменных подвальных помещениях. Горячий воздух поднимался по тепловым каналам, расположенным в стенах, и через воздуходувы поступал в помещения на всех этажах. Дополнительным отоплением были камины, которые топились дровами, но из очага практического назначения они превратились в произведения искусства и стали наиболее важными составляющими в оформлении пространства интерьера.

В 1841 году вице-президент Московской Дворцовой конторы барон Лев Карлович Боде посетил Петербург. В здании нового Генерального штаба он осмотрел выставку готовых каминов, продающихся иностранцем Дельнеро. Для Кремлевского дворца он выбрал 6 каминов из карарского мрамора. Все они разной формы и размера, украшены в классическом стиле затейливым растительным узором из листьев, цветов и гирлянд. Единственный сюжетный камин был устроен в Кавалергардском зале, где дежурили офицеры личной императорской охраны. Камин прямоугольной формы, на фризе представлена рельефная композиция — два сатира держат лозу с листьями и кистями винограда. Остальные камины выполнены русскими мастерами из белого мрамора и русских поделочных камней — яшмы, порфира и малахита. В будуаре императрицы установили один из самых красивых каминов дворца — малахитовый с бронзой, который был изготовлен на Петергофской гранильной фабрике.

Великолепие и блеск оформления интерьеров Большого Кремлевского дворца соответствовали идеологическому замыслу этой грандиозной постройки. Он должен был символизировать незыблемость императорской власти, незыблемость России. Архитектор Константин Тон мастерски решил функциональные задачи, которые соответствовали назначению Кремлевского дворца, здесь проводились торжества по случаю восшествия на престол российских монархов. На приемы во дворец прибывали тысячи гостей: члены императорской фамилии из России и из-за рубежа, чрезвычайные посольства со всех стран мира, представители всех национальностей и вероисповедания со всех концов Российской империи. И дворец поражал их воображение не только техническим совершенством, но и дивной красотой оформления его роскошных интерьеров. Творческий талант лучших мастеров России воплотился в уникальном дворце, неповторимом памятнике Московского Кремля.

Автор – Выпуск подготовила В. Богомолова и А. Марков.

 

Вернуться назад Версия для печати
 
 
 
В случае опубликования материалов ссылка на "Kremlin-9.Rosvesty.ru" обязательна.
Федеральный еженедельник «Российские Вести»
Все права защищены 2006 ©